Писатель и нейросети: опыт сотрудничества

Меня часто спрашивают: «Ты активно используешь ИИ — и обложки к книгам генерируешь, и сюжетные затыки штормишь. Неужели всё действительно так легко: нажал кнопку, и результат готов?»

Кнопку-то нажать легко — дело нехитрое. А вот выбить из нейросети кадр, от которого не дёргается глаз и который не стыдно показать читателям — это совсем другая история. За красивым артом частенько стоит куча сожжённых промптов, папка референсов и часовая пляска с бубном.

Сразу сделаю принципиальную оговорку: речь не о попытках «написать бестселлер кнопкой». Я пишу свои романы сама, от первой до последней запятой, и никогда не доверю создание глав алгоритмам. Ниже — мой личный практический опыт использования нейросетей как прикладного инструмента: где технологии экономят недели работы, а где их лучше держать на пушечный выстрел от рукописи.

От AR-технологий до обложек для Литрес

Мой роман с цифровыми технологиями начался задолго до повального бума генеративного ИИ. В прошлой жизни я профессионально занималась разработкой AR-масок для соцсетей. Это была кропотливая работа с компьютерным зрением, алгоритмами трекинга мимики, 3D-моделированием и картами глубин. Поэтому, когда в конце 2022 года генеративные нейросети ворвались в публичное поле, я уже понимала логику процессов и знала, как ставить алгоритмам нетривиальные задачи.

Сегодня у меня более десятка изданных книг, два ключевых цикла («Дилетантки» и «Долина Инферин»), сообщество для авторов и этот сайт, который я собрала собственными силами. И практически весь визуальный контент создан в связке с нейросетями.

Границы дозволенного: где машина бессильна

В писательской среде ходят мифы о том, что нейросети вот-вот заменят живых авторов. Это иллюзия людей, которые никогда не создавали объёмную художественную прозу.

Литература держится на индивидуальном ритме, парадоксальном жизненном опыте и безжалостной самоиронии. У нейросетей нет ни опыта пережитой боли, ни чувства стыда, ни чувства смешного.

Машинный текст узнаётся моментально. Это гладкая, причёсанная, стерильная масса: предложения построены по шаблонным лекалам, прилагательные предсказуемы, а метафоры сводятся к затёртым стоковым фразам. Если доверить ИИ диалог, персонажи начинают разговаривать как вежливые банковские клерки на тренинге по этике. У них пропадают дефекты речи, язвительность, заминки и тот самый подтекст, ради которого мы и читаем книги.

Как создаётся обложка: анатомия 50 итераций

У меня большой опыт общения с художниками, и не всегда это сотрудничество оказывалось приятным. Порой приходилось соглашаться с вариантом, который тебя вообще не устраивает — просто потому что иллюстратор нервничает и физически не может прыгнуть выше головы. В донейросеточные времена с обложками вообще было сложнейше: хотелось выделиться, не покупать вторичный продукт на стоке, а иметь что-то своё, индивидуальное. Сейчас же просто раздолье: оплатил подписку — и творишь сколько душе вздумается, хоть всю ночь.

Моя первая сгенерированная обложка предназначалась для отдельного рассказа на конкурс. Нанимать дорогого иллюстратора ради короткого текста не имело коммерческого смысла, а стоковые фотографии вызывали тоску. Я потратила два дня, сожгла сотни генераций и добилась нужного кадра.

Сегодня мой пайплайн выстроен чётко:

1. Смысловой мудборд: я собираю цветовую палитру (благородная книжная акварель, тёмный бархат, охра и пепел для винтажных детективов).
2. Промпт-инжиниринг: исключаю мультяшную стилистику и глянцевый 3D-пластик, задавая оптику плёночной камеры, плотную светотень (чиароскуро) и фактуру бумаги.
3. Селекция: из пятидесяти вариантов отбирается один, в котором совпало настроение.
4. Пост-обработка в Photoshop: количество пальцев нейронки уже научились правильно генерить, но иногда придирчивый взгляд может выхватить несовершенства, или нужно наложить авторскую зернистость. Иногда требуется профессиональная вёрстка шрифтовой пары, но в последнее время я и этот вопрос решила, поэтому применяю свой авторский метод для создания шрифтов в нейросети.

ИИ-брейншторм и редактура: где нейросети действительно помогают

Первая область работы с текстом, где языковые модели приносят мне реальную пользу — это преодоление сюжетных затыков.

Когда героиня заперта в винном погребе старинного палаццо, а все логичные способы побега исчерпаны, я открываю окно чата и пишу: «Дай мне семь самых нелепых, неожиданных способов выбраться из подвала, используя только сломанный штопор, ящик сухого мартини и старый подсвечник».

Девяносто процентов предложенного бреда отправляется в корзину. Но десятый вариант внезапно щёлкает в голове неожиданной ассоциацией — и через пять минут я уже сама яростно строчу сцену, о которой алгоритм даже не подозревал. Машина выступает абразивным камнем: о неё удобно затачивать собственную фантазию.

Ещё одно направление, которым я активно пользуюсь и остаюсь очень довольна — это редактура и вычитка. Я использую нейросеть для поиска опечаток, повторяющихся слов, тавтологий и структурных длиннот, где замыленный глаз автора уже спотыкается. ИИ работает как неутомимый корректор: моментально подсвечивает шероховатости, а я принимаю решения, что подправить, сохраняя авторский слог и ритм.

И, наконец, третья важная роль ИИ в моей работе — это идеальный беспристрастный бета-ридер. Прежде чем отдавать главу живым читателям или редактору, я использую нейросеть для первичной обкатки текста. Спрашиваю у алгоритма: «Какое впечатление производит поведение героя в этой сцене?», «Понятна ли читателю логика улик?», «В какой момент снижается темп?» Нейросеть даёт мгновенную обратную связь без лести и вежливых экивоков — подсвечивает логические провалы, неясные контексты и места, где читатель может запутаться. Это помогает докрутить сцену ещё до первой публикации.

Часто задаваемые вопросы

Принимают ли Литрес и площадки самиздата книги с нейросетевыми обложками?

В самиздате (Литрес:Самиздат, Автор.Тудей, Литмаркет) — да, абсолютно нормально. Площадки требуют соблюдения базовых прав: наличие коммерческой подписки на сервис генерации, отсутствие чужих логотипов, патентных знаков и узнаваемых лиц реальных людей. Некоторые платформы (например, Rideró) относятся к модерации строже и просят явно указывать ИИ-происхождение арта в описывающих данных.

Что касается традиционных издательств (Эксмо, АСТ и др.) — здесь беспокоиться о своей обложке вообще не приходится: если книгу берут в печать, издательство в любом случае готовит собственный серийный макет силами штатных иллюстраторов.

Почему текст, написанный искусственным интеллектом, так легко распознать?

Алгоритмы обучались на усреднённых массивах текстов интернета, поэтому их статистическая природа стремится к максимальной предсказуемости следующего слова. В хорошей же литературе самое ценное — неожиданная метафора, слом ритма, обрыв фразы на полувздохе. Нейросеть физически не умеет нарушать правила так изящно, как живой автор.

Какие программы и инструменты вы используете для визуала и обложек?

Современные генераторы изображений (Nano Banana Pro, Midjourney) при грамотном управлении дают крутейший результат — глубокий по свету, деталям и композиции. После генерации остаётся лишь довести кадр до идеала в графическом редакторе: подретушировать мелкие артефакты, настроить контрастность и сверстать шрифтовую пару.

Не обесценивает ли использование нейросетей труд классических художников?

Напротив, оно поднимает ценность настоящих мастеров. Стоковые ремесленники, рисовавшие безликие коллажи, действительно теряют рынок. Но уникальные художники с узнаваемым штучным почерком сегодня ценятся на вес золота, потому что их стиль невозможно сымитировать парой текстовых команд. Ещё больше разборов писательских инструментов, закулисы самиздата и работы с визуалом книг выкладываю в своём Telegram-канале @novakamskaya. Подписывайтесь, чтобы первыми узнавать о новых материалах!