Почему я пишу детективы, хотя боюсь темноты

Признаюсь (пока никто не видит): я из тех взрослых людей, которые включают свет в тёмном коридоре за секунду до того, как сделать туда первый шаг. В детстве я отказывалась засыпать без ночника, а фильмы ужасов обхожу по такой широкой дуге, что проще сразу уехать в другой город.

И вот в чём главный писательский парадокс: именно я с упоением сочиняю истории, где героини спускаются в сырые погреба итальянских палаццо, крадутся по скрипучим коридорам старых замков и нос к носу сталкиваются с не самыми доброжелательными гражданами.

Когда друзья узнают, что мы с моей соавтором Аней Камской пишем детективы и триллеры, первый вопрос неизменно звучит одинаково: «Катя, вам самим-то не страшно всё это придумывать по ночам?»

Отвечаю: ещё как страшно! Но именно этот подлинный, животный страх держит текст в тонусе и спасает наши книги от пластикового пафоса.

Страх как самый верный писательский компас

Обычно в книгах про творчество советуют: «Пишите о том, что вас пугает». Долгое время мне казалось, что это просто красивый лозунг. Понимание пришло, когда мы с Аней засели за первую книгу серии «Дилетантки».

Нам ужасно не хотелось создавать идеальных сыщиков — этаких непробиваемых терминаторов в пальто, распутывающих убийства с ледяным спокойствием шахматных гроссмейстеров. Нам хотелось написать историю про девчонок. Чтобы читатель буквально чувствовал, как у героини перехватывает дыхание, липнут к вискам волосы, а пальцы от мелкой дрожи никак не попадают ключом в замочную скважину.

Моя собственная боязнь темноты неожиданно оказалась идеальным рабочим инструментом. Мне не нужно гуглить «физиология паники»: — Я на собственной шкуре знаю, как при неожиданном щелчке выключателя гулко бьёт в виски кровь. — Помню, как в ночной тишине обычный скрип половицы воображение мгновенно превращает в шаги крадущегося злодея. — И отлично знаю то самое удушливое ощущение, когда хочется сжаться в комок и забыть, как дышать.

Все эти телесные реакции перекочевали к нашей Саше Покровской. Саша — обаятельная, умная, но совершенно живая женщина, которую судьба вместе с подругой Мишель закинула в шпионско-детективный водоворот. Когда им страшно — им действительно страшно. И читатель верит им с первой секунды, потому что узнаёт себя.

Как превратить ночной кошмар в сюжетный двигатель

Писательство для нас с Аней — лучшая терапия. В обычной жизни люди стараются заглушить тревогу чаем, сериалами или бесконечным скроллингом новостей. В книге же ты приглашаешь свой страх за рабочий стол, наливаешь ему кружку кофе и говоришь: «Так, парень, теперь работаем на сюжет».

Когда мы обсуждаем повороты сюжета и в реальной жизни накатывает липкая тревога от неопределённости, мы отдаём её своим персонажам, но с одним важным условием: они обязаны найти выход.

— Боишься замкнутых пространств? Запри юную Мишель в сарае с крысами и посмотри, как логика и находчивость побеждают панику. — Страшно довериться человеку? Пусть Эмилия в «Долине Инферин» шаг за шагом учится распознавать истинные мотивы окружения и опираться на себя. — Пугает изоляция и потеря связи? Закинь героев в затерянный на Алтае отель и заставь их объединить совершенно разных людей ради спасения.

Когда мы с Аней писали «Проклятье Чёрной Мадонны», нужно было передать состояние человека, который приезжает в солнечную Италию и постепенно осознаёт, что вокруг плетутся опасные интриги.

Помню, сидела в шумной московской кофейне за набросками сцены: вокруг пахло свежей выпечкой, звенели чашки, люди обсуждали выходные... А у меня по спине бежали ледяные мурашки от эпизода в подземной ловушке. Когда я позже зачитала этот фрагмент Ане, она только посмеялась: «Отлично, меня тоже пробрало, оставляем!»

Почему детектив успокаивает лучше успокоительного

В нашем мире слишком много хаоса, который невозможно контролировать. Погода меняется, планы рушатся, новости выбивают почву из-под ног.

И вот тут на сцену выходит детектив. У него есть один великий психотерапевтический секрет: он не просто дарует читателю чувство торжества справедливости и порядка, но и даёт легкий спасительный эффект. Читатель отпивает чай и думает: «Как же хорошо, что кому-то сейчас еще хуже, чем мне! На фоне происходящего в книге у меня-то всё вообще отлично».

В хорошем детективе у любого кошмара есть вполне логичная причина. У каждого запертого шкафа — конкретный ключ. У каждого преступления — имя, мотив и неизбежный финал.

Когда наши героини добираются до разгадки, они не ограничиваются поимкой злодея — они восстанавливают порядок во вселенной. Они доказывают: как бы ни была густа темнота, охапка здравого смысла, немного юмора и капля упрямства всегда зажгут в ней свет.

Ответы на вопросы читателей

Не снятся ли вам кошмары после написания страшных сцен?

Крайне редко. В этом главный фокус: как только ты выплёскиваешь кошмар на бумагу, оформляешь его в предложение с подлежащим и сказуемым, он теряет над тобой власть. Страх становится просто восьмой главой, которую мы с Аней завтра отдадим на редактуру.

Как писать саспенс и не скатываться в чернуху?

Всё дело в фокусе. Кровь и жестокость сами по себе вызывают только брезгливость, но не настоящий страх. Настоящий саспенс рождается не от вида ножа, а от звука неторопливых шагов за вашей дверью, когда вы точно знаете, что дома должны быть одни.

Зачем вообще пугать читателя?

Чтобы вызвать глубокое сопереживание! Когда читатель вместе с героиней проходит через тёмный коридор и выбивается на свет, мозг получает мощный выброс эндорфинов. Это самое безопасное и приключенческое путешествие, которое можно устроить себе, сидя под тёплым пледом.

Удалось ли вам победить страх темноты?

Без прикрас: тёмные коридоры я по-прежнему преодолеваю с лёгким ускорением. Но теперь, когда ночной ветер подозрительно скрипит форточкой, я не впадаю в оцепенение. Я достаю телефон и пишу Ане в чат: «Слушай, отличный шорох для третьей главы. Запомни!» ;) Ещё больше личных писательских заметок, психологических разборов и закулисы создания детективных сюжетов выкладываем в Telegram-канале @novakamskaya. Подписывайтесь, чтобы читать новые разборы и общаться!